logo
Russian Woman Journal
www.russianwomanjournal.com
Романтика и мир женшины
27 Октября 2010, Среда
Лариса Джейкман
(Англия, Hampshire)

У каждого свой крест

Часть третья. Пол и Кристина
Предыдущая глава повести:

Глава 11

ChirstinaТак прошел год. Молодые супруги Стивенс вели спокойный образ жизни. Пол работал переводчиком в крупной международной финансовой корпорации и имел хороший годовой доход. Кристина же работала на полставки в школе для девочек, где она вела факультативно занятия по русскому языку, который все больше и больше входил в моду и поэтому, на ее счастье, у нее всегда было достаточно учениц, а такие уроки стоили совсем недешево.
Потом вдруг обнаружилось, что в Москве у Кристины неожиданно появился контракт, который ей прислали по почте. Согласно этому контракту Кристина примерно раз в месяц должна будет ездить в Москву на демонстрации моделей в одном из Московских домов мод, за что ей будут платить по тысяче долларов за неделю работы.

Пол был необыкновенно счастлив такой удаче. Он конечно же не подозревал, что никакого контракта нет, и это лишь происки любовника его жены. Да ему и в голову такое не могло прийти. Он боготворил Кристину, и считал ее идеалом во всех отношениях.
Все шло прекрасно до тех пор, пока Кристина вдруг не забеременела. На ту пору они уже подходили к тому моменту, когда будет можно будет подавать документы на получение гражданства и британского паспорта и ждать решения властей. Процедура эта длительная, занимающая несколько месяцев, но торопиться им было некуда. Так по крайней мере считал Пол. А вот Кристина уже ждать устала. Ей предстоял серьезный шаг после того, как она получит этот злосчастный паспорт. Ей будет необходимо разыграть сцену разочарования в семейной жизни, объяснить Полу, что она больше не любит его и покинуть мужа, потребовав развод.

Процедура, конечно, малоприятная, но это часть задуманного их с Давидом плана. А тут эта беременность! Ну нужна она ей сейчас, в самый разгар событий? Кристина попыталась навести справки, как тихонечко и незаметно сделать аборт. Но получалось так, что без ведома Пола проделать эту операцию не удастся, во всяком случае это будет очень сложно и хлопотно.
«Ну ничего, поеду в Москву и там сделаю», - подумала Кристина и стала собираться. Она позвонила Давиду и попросила приехать в Москву заранее и подготовить все. Она буквально требовала этого от него, а он призадумался.

- Послушай, не лучше ли родить ему этого ребенка? Когда ты его бросишь, он наверняка будет цепляться за свое дитя, и ты оставишь его ему, но потребуешь за это денежную компенсацию, ну за моральный ущерб.
- Да пошел ты к черту со своей компенсацией. Мне тут девять месяцев корячится за какие-то гроши. Фигуру портить. К тому же меня тошнит нещадно. Зачем мне это все? Нет, ищи врача. Я приеду через пару недель.
Но случилось непредвиденное. Как-то вечером, возвращаясь домой, Кристина оступилась и подвернула ногу. Идти она не могла, нога тут же опухла, и кто-то из остановившихся рядом с ней прохожих вызвал «Амбуланс». Ее увезли в госпиталь, и оттуда она уже позвонила домой. Все бы обошлось тугой повязкой и обезболивающими, если бы Кристину вдруг не начало тошнить. Ее рвало так, что врачи испугались. Это разыгрался токсикоз на нервной почве, но ее тут же отправили на обследование.

Врачам не доставило большого труда обнаружить у пациентки шесть недель беременности, о чем они и сообщили с радостью приехавшему за ней взволнованному мужу.
Пол был неимоверно счастлив. Он забрал свою драгоценность домой, всю ночь не отходил от нее, не спал, сторожил ее сон и был преисполнен гордости: он теперь отец! Ну почти отец, скоро Кристина родит и окончательно осчастливит его.
Родители Пола восприняли эту новость двояко. С одной стороны они были рады, что у них появится внук или внучка, но с другой они понимали, что с рождением ребенка появятся и дополнительные хлопоты. Дебора решила поговорить с Кристиной по телефону, и из разговора с ней она поняла, что невестка не очень-то счастлива от сознания того, что скоро станет матерью.
- Не волнуйся, Кристина. Это временные трудности, токсикоз скоро пройдет, и ты будешь чувствовать себя намного лучше. Рожай ребенка, мы постараемся тебе помочь.

Но Кристина молча положила трубку, и к этому вопросу Дебора решила больше не возвращаться.
Однажды вечером Кристина вдруг сказала мужу:
- Я хочу сделать аборт. Я не хочу рожать сейчас, еще рано, надо немного пожить для себя, мы так молоды. Ну какие мы родители? Пол, я прошу тебя, согласись со мной…
И тут она увидела лицо Пола. Он смотрел на жену широко открытыми глазами, губы его были крепко сжаты, а взгляд выражал гнев и недоумение одновременно. Он не сказал ни слова, резко повернулся и вышел из комнаты.
Кристина не пошла за ним, она тихо выругалась с досады и села в кресло.

«Дурак чертов! Ребенок ему понадобился! Женился бы тогда на толстозадой рохле, пусть бы рожала ему каждый год по двойне!» – думала она про себя и в отчаянии понимала, что ничего у нее не выйдет, придется рожать. Был бы уже запрос на паспорт сделан, тогда бы она ни за что не согласилась бы на роды, а так надо быть белой и пушистой, покладистой и любящей. Нельзя все испортить, слишком много уже пройдено, назад пути нет.
Она встала и пошла к Полу. Он сидел в столовой и смотрел телевизор. Кристина присела рядышком.
- Ну не сердись. Я просто очень плохо себя чувствую, вот и все. Конечно, я хочу нашего малыша, просто как вспомню, сколько нужно вынашивать его, да еще с таким самочувствием, сразу делается невмоготу. Ну не обижайся. – Кристина говорила тихим ласковым голосом и гладила Пола по волосам.

Он обнял ее, прижал к себе и сказал:
- Девочка моя, ты не представляешь, как это страшно для меня, если нашего ребенка вдруг не станет. Я так люблю тебя, и это такое счастье, что ты родишь ребенка. Потерпи, самое главное сейчас – это он, малыш. Я сделаю все, чтобы облегчить твою участь.
Кристину вдруг стошнило. Она встала и ушла в ванную. Там она долго плакала и не пускала Пола к себе. Потом приняла душ и вышла к расстроенному, совершенно не знающему, что делать, мужу.

Постепенно она смирилась с мыслью о ребенка и решила сделать так, как советовал Давид. Раз уж этот ненормальный так любит еще неродившегося дитя, вернее, даже зародыша, то можно себе представить, что с ним будет, когда она решит уйти от него! Вот тут-то она и сострежет с него кругленькую сумму за моральный ущерб, оставив ему на воспитание желанное чадо. И повод будет хороший уйти. Она скажет ему, что разлюбила его именно тогда, когда он насилком заставил ее рожать ребенка, к котрому она была совсем не готова.
«Он у меня за все расплатится сполна! Отольются кошке мышкины слезки!» – думала про себя Кристина.

Вскоре ее настроение заметно улучшилось. Токсикоз прошел, а тут вдруг и срок подоспел: они сделали запрос на получение гражданства и британского паспорта.
- Все, осталось совсем немного, - говорила она Давиду по телефону. – Обычно это занимает от полугода до полутора лет, кому как везет. Но мы указали в анкете, что ждем ребенка. Надеюсь, они поторопятся.

* * *

Давид был весь в ожидании. Он наладил свой прежний образ жизни, бросил всех своих любовниц, за исключением Эллы и жил припеваюче. Мысль о скором завершении его проекта так волновала и будоражила его, что он всегда пребывал в отличном настроении. Его душа рвалась туда, на запад. Там он себя покажет! Они с Кристиной там горы своротят! Нужно только будет обмануть Кшиштофа, уговорить его продать здесь фирму, а деньги прикарманить. Хорошо, что он уговорил его тогда выкупить этот особнячок под их офис, а не взять в аренду. Теперь он стоит почти в пять раз дороже! Да, еще ведь надо здесь эти две квартиры продать, это тоже деньги. Ну и плюс все его накопления за эти годы. Ну что ж, набегает где-то с пол-миллиона долларов. Неплохой стартовый капитал! Ай да Давид, ай да сукин сын!

Они с Кристиной уедут в Америку! Там он попытается разыскать своего папашку и тряхануть его хорошо! Ему повезло: он имел фотографию своего отца. На фото они были изображены с мамой, стоя в обнимку. Мама держала в руках цветы и воздушные шарики и счастливо улыбалась, а Джозеф Янг во всей своей красе тоже светился широкой белозубой улыбкой, положа маме руку на плечи.
На обратной стороне фотографии каким-то детским аккуратным почерком было написано: «Джозеф Янг и Катя Брус. Москва, 1962 год».
Вот и вещественное доказательство, которое должно отяжелить карман Давида на миллион долларов, как он мечтал. Если, конечно, все сработает, и Давид Брус разыщет его.
«Не открутится, старая сволочь! Я ему все припомню, и мамины слезы, и мои унижения, как я рос черномазым среди белой братии, и все, кому не лень, тыкали в меня пальцем и дразнили черножопым! Без миллиона долларов я с него не слезу!» – так рассуждал Давид и, довольный, потирал руки, предвкушая большую битву за место под солнцем.
Не думал он только об одном человеке, об Элле. Пусть Кристина решает, что с ней делать. Конечно, можно немножко раскошелиться и купить ей комнатушку где-нибудь в пригороде с подселением. Обойдется недорого, если еще и в деревянном доме с печным отоплением. А там пусть устраивает свою судьбу сама, ищет мужика с квартирой, выходит за него замуж. Бабенка она еще ничего, не пропадет.

Элла же тем временем действительно искала себе мужчину. Она так устала от Давида, от его натиска, постоянных приходов и уходов, лжи, что ей становилось невмоготу. Ему все же удалось убедить Эллу в том, что они с Кристиной только партнеры и не более того, но от этого у Эллы не становилось легче на душе. Она прекрасно понимала, что пока она одна, Давид не отстанет от нее, да и ей одной совсем не хотелось оставаться.
Элла стала посещать людные места, театры, кафе и даже сходила на вечер «Для тех, кому за 30». Пошла она туда не одна, а со своей коллегой, Мариной Савельевой. Марина работала в их техникуме преподавательницей физкультуры. В отличной спортивной форме и со спортивной фигурой Марина, к сожалению, имела несколько мужиковатую внешность: тяжелый мужской подбородок, широкие скулы и маленькие глазки почти без ресниц. Да к тому же и стриглась Марина очень коротко, «под мальчика», что уж совсем ей не шло.

Марина никогда не была замужем и успехом у мужчин не пользовалась. Студенты в техникуме дали ей прозвище «дядя Марина» и так и называли ее за глаза. Марина знала об этом, плакала, злилась, и однажды пришла с этой проблемой к директору.
- Элла Григорьевна, ну что же это такое? Неужели нельзя найти на них управу! Разве я виновата, что у меня такая внешность?
- Конечно, виновата, - сказала ей неожиданно Элла Григорьевна и предложила присесть. – Посмотри на себя, Марина, ты же совсем молодая, сколько тебе, двадцать девять, тридцать?
- Тридцать два.

- Ну вот, тридцать два. В этом возрасте женщины начинают по-настоящему расцветать. И если умело поддерживать этот расцвет, то в таком прекрасном состоянии можно продержаться лет до пятидесяти – пятидесяти пяти. И никто не будет знать, сколько тебе лет на самом деле. Любая женщина в состоянии выглядеть на десять лет моложе.
- Я к этому не стремлюсь. Я спортсменка, и внешность у меня соответствующая. Не хочу я выглядеть, как девочка, с бантиками и маникюром.
- Не передергивай. Бантики не обязательны, а вот маникюр – это для женщины вещь необходимая, так же, как и макияж, прическа, красивые колготки, туфли, сумки, перчатки.
- Да где же на все это набраться-то? Скажете тоже, макияж, перчатки… А колготки зачем? Под джинсами все равно не видно, красивые они или нет.

- Нет, дорогая моя, так не пойдет. Ты за советом пришла, как я понимаю, так что слушай. Давай проделаем эксперимент: я тебя приведу в порядок на свой вкус, и мы сходим куда-нибудь. И ты посмотришь, сколько к тебе будет обращено внимания. А потом сделаешь необходимые выводы сама.
- Ладно, только куда мы пойдем? В ресторан? Я туда не ходок.
- Вот и плохо! Но если не ходок, пошли в клуб «Авангард», там вечера устраивают интересные, для людей, которые ищут себе друзей, партнеров, ну сама понимаешь.
Марина неожиданно согласилась. В ближайшую субботу она пришла к Элле домой, и они стали собираться в клуб. Элла все приготовила для Марины заранее. Черное трикотажное платье, глухое спереди и довольно открытое сзади, оно было чуть выше колен, обтягивало фигуру, и Марина прекрасно в нем смотрелась, учитывая ее плоский живот и хорошо подтянутые бедра. Парик-каре изменил ее лицо почти до неузнаваемости. Она стала выглядеть если и не моложе, то более женственно и элегантно.

- Смотри, что я тебе говорила! Совсем другое дело. Зачем ты стрижежься как мальчик-первоклассник, я понять не могу, - говорила ей Элла, и Марина вынуждена была согласиться.
- Все, отпускаю волосы, - сказала она.
Потом они наложили макияж. Элла покрасила ей ресницы французской тушью, от чего они стали заметными, пушистыми и придали Марининым глазам совсем другое выражение. Чуть-чуть компактной пудры и красивая розовая перламутровая помада окончательно преобразили Маринино лицо.
- Господи боже, да это и не я совсем! – воскликнула она, глядя в зеркало.
- Ты, ты. Только чуть-чуть другая. Заметь, чуть-чуть. Тебе и надо-то немного. Ты ведь не урод, надо только слегка подчеркнуть то, что природа дала тебе.
Элла тоже привела себя в порядок, надела черные из тяжелого шелка брюки и черную блестящую как кожа змеи водолазку. Так они отправились на вечер.

Элла не имела цели познакомиться там с кем-нибудь. Честно говоря, ей очень хотелось пристроить Марину. Ей было жалко ее. Но им повезло обеим. Не успели они войти в светлый просторный зал, как им предложили по бокалу шампанского. Играла музыка, в зале было много людей, мужчин и женщин, хорошо одетых, улыбающихся, и обстановка располагала к отдыху. Напряжение сразу же прошло, и они, весело разговаривая о чем-то, прошли в конец зала и сели на небольшую скамейку у искусственного фонтанчика.
- Добрый вечер, милые леди, - услышали они рядом с собой приятный мужской голос.
Марина промолчала, напряглась, а Элла подняла глаза и увидела стоящих рядом с ними двух приятных мужчин. Один из них улыбался и смотрел на Эллу.
- Здравствуйте, - сказала она весело и встала.

Знакомство произошло быстро. Мужчины тут же представились: Анатолий и Максим. Обоим было между сорока и пятидесятью, как раз то, что надо. Марина, правда, чувствовала себя зажато, сконфузилась вся, почти не разговаривала, но Элле все же удалось ее расшевелить. Пока их новые знакомые отошли к стойке бара заказать напитки, Элла тут же прочитала Марине короткую, но внушительную лекцию.
- Так, во-первых, улыбайся, во-вторых, смотри на них, когда они говорят с тобой, а не в пол и не по сторонам, в-третих, принимай участие в разговоре и дай им понять, что ты не глухонемая, не полоумная и не при смерти. Веди себя, как я хотя бы, постарайся. Это вариант, и не каждой из пришедших сюда так везет.
Это подействовало. Когда мужчины вернулись с какими-то экзотическими коктейлями в высоких тонких бокалах с кусочками лимона на засахаренных краях, Марина вдруг произнесла:
- Как красиво! Спасибо, Максим. Наверное, это безумно вкусно!

Элла одобрительно взглянула на нее и с этого момента все пошло, как по маслу. Целый вечер они смеялись, танцевали, пили всевозможные коктейли, но наконец объявили последний танец.
Анатолий пригласил Эллу и сказал ей во время танца:
- У меня такое впечатление, что вы пришли сюда только, чтобы развлечь свою приятельницу. Скажите, что я ошибаюсь. Вы не замужем?
- А вы зачем сюда пришли? – спросила Элла в ответ. – Ищите подругу?
- Да. Я одинок, как перст, клянусь. Мы с Максимом бизнесмены, торгуем запчастями для автомобилей, совсем недавно открыли магазин и в вашем городе. Вот, приехали наладить дела, познакомиться с новым штатом.
- А откуда вы?

- Из Тольятти. Там у нас головной офис, оптовый склад. Но здесь мы теперь будем часто появляться.
- Скажите, а Максим одинок?
- Ну вот, я так и думал. Ищите Марине жениха. Представьте себе, да. Как вы думаете, они друг другу подходят?
- Не знаю, это им решать. Марина замечательная женщина, мастер спорта по легкой атлетике. Она не замужем и действительно хотела бы встретить достойного мужчину.
- Будем надеяться, что ей повезло. Ну а мне? Вы так и не ответили, Элла, свободны вы или нет.
Элла не знала, как себя повести. Кинуться сразу в объятия Анатолия и перечеркнуть наконец эту ужасную связь с Давидом или не делать этого? Кто он, этот бизнесмен? Может, вешает ей лапшу на уши и ищет здесь себе тепленькое местечко, чтобы было, чем и кем заняться в период командировок. Но Анатолий ждал ответа, и она ответила:
- Да как вам сказать? Я на перепутье. Хочу освободиться от пут.
- Хотите развестись?

- Нет, хочу расстаться со своим бывшим возлюбленным. Мы вместе уже больше двух лет, но это никуда не ведет. Он не любит меня, и я поняла, что не люблю. Долго и мучительно пыталась это понять, и вот наконец убедилась.
Анатолий молчал. Он крепко держал Эллу за талию и смотрел на нее сверху вниз. Но танец закончился, и они подошли к Марине с Максимом. Пора было уходить, вечер подошел к концу. В фойе толклись одинокие «золушки», покидающие бал, так и не встретив своего принца. Были и пары, и одинокие принцы, но самыми счастливыми среди всех выглядели Марина с Эллой в сопровождении своих кавалеров, ловя на себе завистливые взгляды невостребованных женщин и заинтересованные взгляды невостребовавших никого мужчин.

Анатолий, со смешной и трогательной фамилией Барашков, стал часто приезжать в их город, очень часто. Порой раза два-три в месяц. Останавливался он всегда в гостинице, но все свободное время проводил с Эллой. Марина Савельева вышла замуж за Максима примерно через год после их знакомства, переехала к нему в Тольятти и вскоре родила девочку.
Но незадолго до этого ей пришлось очень нелегко. Она чуть не потеряла свою, пожалуй, единственную подругу Эллу Беседину, и сделала все, чтобы она выжила и не ушла вслед за Анатолием, погибшем в своей, взорванной кем-то машине.
Бизнес – дело непростое. Анатолий вел свои дела активно, напористо и никогда не обращал внимания на шантаж и вымагательства. Когда он открыл свой магазин, а позднее и бензоколонку в городе, где жила Элла, он стал объектом добычи со стороны местной мафии. Понятное дело, что они не желали, чтобы кто-то процветал на их территории и не делился с ними своими доходами. Анатолий пытался урезонить особо настойчивых вымагателей, но они стали ему угрожать.

В это время их отношения с Эллой Бесединой уже сложились, и она дала Давиду отставку, настойчиво и принципиально. Он не возражал, он только поинтересовался, кто же ее избранник. Элла скрыла это от него, но предупредила, что избранник серьезный и никаких путей назад у нее с Давидом нет, только разрыв, окончательный и бесповоротный.
- Хорошо, как скажешь. Я тебе не враг. Живи на здоровье.
С этими словами Давид ушел, а Элла вдруг почувствовала неимоверное облегчение. А все потому, что у нее есть опора. Она больше не одна, и Давид ничего с этим поделать не сможет.
Они уже обговаривали план переезда Эллы в Тольятти, Анатолий сделал Элле предложение, и все шло хорошо. Но тут как раз и начались проблемы с мафией. В одно прекрасное майское утро Анатолий с Эллой собрались поехать за город. Он приехал к ней накануне, в субботу вечером, припарковал машину во дворе и остался ночевать. Ранним воскресным утром, плотно позавтракав, они вышли во двор и сели в машину. А через минуту раздался страшный взрыв, Эллу ослепило и обожгло, а потом отбросило куда-то, и, сильно ударившись всем телом об асфальт, она, не успев даже вскрикнуть, потеряла сознание.

Ее доставили в больницу еле живую, с ожогами третьей степени, с многочисленными ушибами и переломами. Она долго не приходила в себя, а когда пришла, то первое, что почувствовала, это неимоверную боль во всем теле, и она истошно закричала.

12

У Кристины шел седьмой месяц беременности. Был конец мая, но погода не радовала ни теплом, ни солнцем. Который день шли дожди, серые, холодные, совсем как осенние. Молодая мама пребывала в прескверном настроении, Пол был на работе, и она одна сидела дома, ничего не делала и размышляла о будущем. Через три месяца родится ребенок. Успеют ли прийти документы до того момента? Хотелось бы быть уже с паспортом к моменту родов.
Она еще толком не знала, что конкретно намерена делать и как она оставит Пола, что ему скажет. Уже сейчас она стала часто надувать губы, обижаться по пустякам и не разговаривать с ним по два-три вечера.
Он списывал все на беременность своей жены и особо не переживал. Был крайне терпеливым, заботливым, внимательным, чем, казалось, еще сильнее раздражал нервную, беременную Кристину.

Вот и сейчас она сидела в кресле у электрического камина, пила портвейн и размышляла, что бы такое придумать, чтобы наорать на него сегодня, потом расплакаться и запретить ему прикасаться к ней.
«Может, напиться? Тогда этот праведник точно начнет мне выговаривать, а я ему и скажу, чтобы шел он куда подальше со своими нотациями, еще и сигарету закурю. Пусть подергается!» – так рассуждала обозленная на весь свет Кристина, когда раздался телефонный звонок.
Она решила, что это муж звонит ее проведать, и подошла к телефону агрессивно настроенная, так, на всякий случай. Но в трубке раздался незнакомый женский голос, говорили по-русски.
- Здравствуйте. Мне нужно срочно поговорить с Кристиной. Это вы?
- Ну? Кто это? – ответила она, не утруждая себя правилами хорошего тона.
- Меня зовут Марина Савельева, я подруга вашей мамы. С Эллой Григорьевной случилось несчастье, Кристина.

- Ну что там еще? - она даже и не пыталась скрыть раздражения.
Марина немного осеклась, потом собралась с духом и сказала:
- Она попала в аварию. Точнее, во взрыв. Машина взорвалась, а она в ней находилась, ну и сильно пострадала. Сейчас лежит в больнице с сильнейшими ожогами и переломами.
- Вы что-то путаете. У нее нет машины и вообще, я вас не знаю. Не морочьте мне голову.
Кристина уже готова была положить трубку, но что-то ее остановило.
- Подождите минутку, - вдруг сказала она, - мама ведь не одна в машине была?
- Вот именно! – недовольно ответила ее собеседница. – Она была со своим знакомым, он погиб, а ваша мама чудом выжила.
- Давид погиб?!! Да вы что? Вы уверены! – Кристина почти кричала в трубку, боясь поверить в эту страшную правду.

- Давида я не знаю, а Анатолий погиб. Так звали знакомого Эллы Григорьевны. – Марина говорила обиженным тоном и даже зло.
И тем не менее у Кристины отлегло на душе.
- Кто такой? Я не знаю никакого Анатолия. Вы меня разыгрываете.
- Милая барышня, я буду оплачивать этот телефонный разговор, который влетит мне в копеечку. А такие дорогие розыгрыши мне не по карману. Короче, я вас известила о том, что ваша мать в тяжелом состоянии. Остальное вам решать. До свидания.
И Кристина у слышала резкие прерывистые гудки. Трубку бросили.
- Да что же это такое? Этого мне только еще не хватало! – сказала она и тут же перезвонила Полу на работу.

- Кристина? Привет! – Пол был удивлен и рад одновременно.
- Послушай, ты не мог бы приехать домой? Отпросись на полдня. Это очень срочно, - сказала она почти не терпящим возражения голосом.
- Хорошо, я попробую. А что случилось?
- Приедешь, узнаешь.
Затем Кристина стала названивать Давиду. Она дозвонилась до него с третьего раза и почти закричала в трубку:
- Что там у вас опять? Какого черта вам спокойно не живется? Что с мамой? Ты хоть в курсе, что произошло?
Давид выслушал тираду до конца, потом набрал побольше воздуха в легкие и спокойно проговорил:

- Во-первых, здравствуй. Во-вторых, не ори, а в-третьих, послушай. Что случилось конкретно, я не знаю. Ходят слухи, что какого-то прыткого делягу подорвали в его же автомобиле, а вот что там делала твоя мать, я понятия не имею. В больнице я был, меня к ней не пускают. Врачи говорят, что выживет, ну а остальное уж как богу угодно. Извини, больше ничего не знаю.
- Идиот! Немедленно разузнай все и перезвони. Я же думала, что это тебя угрохали, чуть с ума не сошла! Вы меня в могилу сведете! Это не твоих рук дело?
- Ты что там на почве беременности, умом тронулась что ли? Если бы это делал я, то довел бы дело до конца. Но запомни, я никогда в жизни ни на кого руки не поднял, и убивать мне приходилось только надоедливых мух. А будешь орать, я тебе напомню, кто в доме хозяин. Возьми себя в руки. Когда что-нибудь узнаю, перезвоню.

И Давид тоже бросил трубку. Кристина пожалела, что разговаривала с ним грубо, но со своими эмоциями она справиться не могла.
Пол приехал примерно через полчаса после ее разговора с Давидом. За это время Кристина уже пришла в себя и решила не усугублять ситуацию. Увидев мужа, она расплакалась и рассказала ему, что случилось.
Подробностями происшествия он не интересовался, его волновало только здоровье и состояние своей тещи, и он стал действовать очень решительно. Он тут же связался с Посольством Великобритании в Москве, нашел там соответствующую службу и попросил их найти больницу, в которой находится пострадавшая от взрыва Беседина Элла Григорьевна и сообщить ему номер телефона и имя лечащего врача. Он указал и город, где она проживала.

Ответ пришел по факсу примерно через сорок минут. Пол заставил Кристину тут же перезвонить в больницу и все разузнать. Указанного лечащего врача, Семена Аркадьевича Шуваева, ей разыскали с трудом и то только после того, как она сказала, что звонит из Англии. Разговор с врачом был недолгим. Он сообщил, что состояние больной Бесединой тяжелое, ранения серьезные и надо ждать. Есть все основания предполагать, что ее организм справится, но гарантировать он ничего не может, так как могут возникнуть непредсказуемые побочные явления, и тогда картина может измениться.
- Пока таковых не наблюдалось, будем надеяться на лучшее, - закончил лечащий врач, и Кристина пообещала перезвонить через пару дней.
Затем трубку взял Пол и попросил Семена Аркадьевича сообщить ему номер банковского счета их больницы, куда бы он мог перевести деньги для ухода за матерью его жены. Врач растерялся. Этот вопрос был явно не в его компетенции, и поэтому он попросил Пола связаться с администрацией больницы. Но и там ему ничего определенного не сказали, хотя и посоветовали переслать деньги кому-то из близких или друзей. Тогда подключилась Кристина. Она позвонила в техникум и расспросила о Марине Савельевой, хорошо хоть имя запомнила. Марину быстро разыскали, и она очень обрадовалась, что Кристина сделала такой широкий жест.

- Понимаете, я приехать не смогу. От меня там все равно толку будет мало, я на седьмом месяце беременности. Мы с мужем отправим вам через «Вестерн-Юнион» пятьсот долларов, помогите маме пожалуйста.
Кристина говорила с Мариной совсем другим тоном, и это произвело на нее большое впечатление.
- Конечно, вы не волнуйтесь. Я все сделаю. Позванивайте мне, - сказала она и оставила свой номер телефона.
С этого момента жизнь в молодой семье Стивенсов несколько изменилась. Кристина стала более спокойной и терпимой по отношению к мужу. Она оценила его оперативность в принятии серьезных решений и даже зауважала в глубине души. Если быть до конца честным, то нужно отметить, что Кристина совсем даже неплохо относилась к Полу Стивенсу. Более того, он нравился ей и как человек, и как муж. Просто в ее жизни это были неважные критерии. Пол был для нее как бы промежуточной стадией, ступенькой, вехой на пути к большому будущему. Поэтому рассматривать Пола серьезно и досконально она и не бралась. Он был неважен для нее, хотя и выполнял очень серьезную роль в задуманном их с Давидом проекте.

Бесило Кристину только ее собственное положение. Без этой беременности все было бы намного легче и проще. И вот этого она Полу не прощала, считая его виновным в осложнении ситуации.
Примерно раз в неделю она звонила Марине и так же часто они с Полом звонили в больницу. Состояние Эллы Бесединой пока оставалось тяжелым, но перешло в стабильную стадию. Она уже дольше могла обходиться без обезболивающих, ожоги заживали, переломы срастались, и всему этому, конечно же, способствовал хороший уход. Одно только волновало врачей – моральное состояние больной. Она очень много плакала, порой с ней даже случались истерики, а иногда она заговаривалась. Она говорила, что знает убийцу, обещала мстить, и все это не соответствовало тому, чтобы назвать пациентку полностью выздоравливающей.
- А что она конкретно говорит? Она называет кого-то? Или это просто бред? – спрашивала Кристина то у врача, то у Марины.

Семен Аркадьевич, как правило, отмалчивался, а Марина была боле�� разговорчивой.
- Конкретно не называет, но говорит, что это какой-то черный дьявол – убийца, и с ним она сведет счеты. Мне порой так страшно, что я даже не знаю, как себя вести.
Кристине тоже было страшно. Она не верила, что это Давида рук дело. Но с другой стороны, допустить такую мысль она все же могла. Хотя не видела причины. Не из-за квартиры же в конце концов. А потом, пострадал еще один человек. Он-то тут при чем?
Она уже кое-что знала о погибшем Анатолии Барашкове со слов все той же Марины, и версия о причастности к этому дела Давида постепенно рассеивалась. А зря.

Давид был косвенно причастен к этому страшному происшествию. Правда, надо отдать ему должное, Элле он зла не желал, он хотел устранить только ее кавалера, так как боялся, что она соберется за него замуж, начнутся передвижения с возможной продажей жилплощади. И тогда на свет выплывет его авантюра, он так или иначе будет отвечать за содеянное, без суда не обойдется. А все это ему перед отъездом заграницу ни к чему.
Тогда он навел справки об Эллином женихе и капнул на него местным браткам. Что же это вы, мол, со своих три шкуры дерете, а на иногородних прихлебателей глаза закрываете?
- Да он, вроде, прикрыт хорошо, - ответили ему те, кому пристало следить за порядком в их городе.
Конечно же, Анатолий Барашков со своими магазинами и бензоколонками от их внимания и так не ускользнул. Но тут выяснилось, что над ним такая крыша, что местным дилетантам с ними не тягаться. И они попритихли. Но после настойчивых претензий Давида Бруса и других крупных дельцов местные мафиозники все же исподтишка начали давить на Анатолия.

Но, как известно, он их претензии игнорировал, будучи уверенным в своей безопасности, а это стоило ему жизни.
Вот и получается, что Элла Беседина пострадала из-за своего бывшего дружка, хоть и не напрямую, но так или иначе, без него не обошлось. Вот только никто и никогда об этом не узнает, и останется он безнаказанным за спровоцированное зло. А больное, убитое горем сердце Эллы подсказывало ей, что это он. Она хотела отомстить, но понимала, что сил на это у нее не хватит. Эти мысли постоянно терзали ее, она плохо спала ночами, неустанно думала и выстраивала планы мести, она жаждала его смерти и потихоньку сходила с ума.

Выписали Эллу в конце июля по настоятельной просьбе Марины Савельевой. Она привезла подругу домой, и когда ее пришли проведать сослуживцы, они дались диву. Эллу Григорьевну невозможно было узнать. Худое иссохшееся тело, левая рука, висящая плетью почти вся покрыта бугристыми бардово-синими шрамами от ожогов, они заметны и на левой щеке. И совсем седые волосы, хоть и собранные заботливой Мариной в пучок, но все же не ухоженные и поблекшие.
Марина дала себе слово вернуть Эллу к жизни. Она делала для этого все возможное, но Элла не поддавалась. А виной всему было ее тихое помешательство, как все, наконец решили.
Приходя к ней по вечерам, она заставала Эллу сидящей в комнате, без занятия и без дела. Она испуганно взирала на Марину и говорила:
- Он опять приходил, я видела его через стекло в двери. Подойдет, постоит и уйдет. Черный. Это он, дьявол.
Марина кормила ее, поила чаем, давала успокоительное и укладывала спать. А на следующий день все повторялось. Без слез на это смотреть было невозможно. Врачи советовали Марине отправить Эллу в психиатрическую лечебницу и обещали посодействовать, но она отказывалась.
- Нет, у нее дочь в Англии. Надо ее туда отправить. Может там ее вылечат.
Марина стала теребить Кристину, которая была уже на сносях и никаких решений принимать не хотела. Она и так была возбуждена до предела. Как раз в июле, когда ее мать выписали из больницы, она наконец, получила гражданство. Теперь ей осталось родить, потом уже разбираться с больной матерью.
- Марина, потерпите немного. Я скоро приеду. Где-то к ноябрьским. Вот родится ребенок, потом еще пару месяцев я с ним побуду, кормить же надо, а потом приеду.
Марине Савельевой ничего не оставалаось делать, как только ждать.

* * *

Кристина родила в срок. Даже более того, она родила сына в день рождения Пола. Молодой отец при родах не присутствовал, но он находился здесь же, неподалеку, и с ужасом слушал мучительные крики рожающей Кристины.
Наконец все кончилось и звонкий плач новорожденного возвестил о начале новой жизни. Пол заплакал. Он от себя такого не ожидал, но оправдывал эту слабость тем, что это слезы счастья. Однако, его никто не шел поздравлять, и даже не объявили, кто родился, сын или дочь. Одно только услышал он, и это очень озадачило его. Он услышал вдруг отчаянный крик Кристины:
- Нет! Уберите его, нет, нет, нет!!!
«Что бы это могло значить?» – только и успел подумать новоиспеченный папаша, как его пригласили в кабинет врача.
Он пришел, сел на больничный стул и с испугом ждал, что ему скажут.

- Вы Пол Стивенс? – зачем-то спросил врач.
- Да, это я. В чем дело? Что-то не так? Что-нибудь с ребенком? – Пол ожидал услышать самое страшное.
Врач немного помедлил, а затем все же ответил:

Christina- Вы только не волнуйтесь, это бывает. Видите ли, у вашей жены родился чернокожий мальчик. Вполне здоровый малыш, никаких отклонений от нормы. Только почему-то черненький. Вы пока подумайте, а потом, если пожелаете, я проведу вас в палату к жене.
Пол последних слов врача не слышал. Он сидел, пригвозденный к стулу, и не мог ничего понять. Почему чернокожий? Да нет, ну это бред какой-то. Пол резко встал и вышел в коридор.
- Отведите меня к жене, - попросил он подошедшую к нему медсестру.

Она немного растерялась, потом все же повела Пола по коридору в самую дальнюю палату, куда уже отвезли Кристину.
Она лежала на кровати, совершенно бледная, измученная, с закрытыми глазами, а из-под ее длинных черных ресниц катились крупные слезы.
- Уходи, - сказала она, не открывая глаз.
Но Пол остался. Он не собирался задавать Кристине никаких вопросов, он просто смотрел на нее и надеялся, что вот сейчас недоразумение развеется, им принесут их сына, конечно же, не темнокожего, и все опять обретет смысл и станет реальным. Но этого не произошло.
- Пошел вон, убирайся я сказала!!! – вдруг истошно закричала Кристина, и в палату вбежали врач и медсестра.
- Вам действительно лучше уйти, - сказал врач и вывел недоумевающего Пола из палаты.
Все рухнуло. «В чем-то большом она обманывает тебя» - промелькнули в его голове слова отца, которые он произнес после первой встречи с Кристиной.

Пол вышел из больницы, сел в машину и поехал в ночной клуб. Он не знал, зачем, но скорее всего, ему просто не хотелось ехать домой. Жизнь перевернулась, все перекосилось и вокруг, и в его сознании. Он приехал в клуб в надежде встретить там кого-нибудь из знакомых парней, но ему опять не повезло. Пол заказал двойную порцию виски и, не успев закончить, пошел было за второй, как кто-то взял его за руку.
Он обернулся и увидел рядом с собой Сару Мартин, хорошенькую, светленькую, с глазками-пуговками и детскими кудряшками, забрызганнами каким-то сверкающим лаком.

- Ты-то что тут делаешь? Даже в Лондоне от тебя проходу нет, - полупьяно сказал Пол, но она не обиделась.
- Не хами, я здесь не случайно. Пошли со мной, я тебя с новым дружком познакомлю.
Пол как-то слишком легко поддался на ее уговоры. Сара привела его к стойке бара и сказала:
- Знакомься, это Альфредо, он албанец. Правда, красавчик?
Альфредо приветливо заулыбался и пошел обслуживать клиентов. Он был бармен. Выглядел он прилично: белые брюки, черная рубашка и белая бабочка вместо галстука. У него были вьющиеся волосы почти до плеч, хорошая фигура и приятные манеры.
Сара болтала без умолку. О чем, Пол не понимал и не помнил, он все время пил, а Альфредо не скупился на хорошие изрядные порции.
Домой они уехали втроем далеко заполночь. Пол привез их к себе в Финчли, но машину вел Альфредо, Пол был не в состоянии.

Спали они тоже втроем. Пол поразил Сару своим искусством, на что он ей ответил:
- У меня хороший учитель, Сара, моя жена. Она всем даст сто очков вперед.
Они со Альфредо всю ночь удовлетворяли Сару Мартин самыми изысканными ласками, и она, судя по всему, осталась очень довольна вечером.
Но самым страшным и мучительным оказалось для Пола пробуждение. Когда утром он открыл глаза, то почувствовал ужасную тошноту и головокружение. Но этот кошмар все равно ни в какое сравнение не шел с тем, что чувствовал Пол относительно своего теперешнего положения.
«Как же так? Откуда, почему?» – Пол мучился односложными вопросами, но ответа не находил. Сказать, что он ненавидел Кристину, это почти ничего не сказать. Его переполняли чувства горькой и оскорбительной обиды, которую она нанесла ему. Ему было стыдно, страшно и омерзительно считать себя мужчиной, мужем, отцом после того, что с ним случилось. Да и какой он к черту отец! Кому? Чужому, неизвестно откуда взявшемуся ребенку? Бред сумасшедшего! Уж ему-то он точно не отец!
Пол тяжело поднялся и прошел в ванную. Он с удовлетворением отметил, что там чисто, значит никто не пользовался ни душем, ни полотенцем. И еще он отметил про себя, что Сара с Альфредо ушли и был этому очень рад.
В полухолодной, пахнущей хвоей воде он отлеживался больше часа. Мысли немного упорядочились, головокружение прошло, но тошнота осталась. После ванны он принял холодный, почти ледяной душ и растерся жестким махровым полотенцем. Затем надел велюровый халат, и по тело растеклось приятное успокаивающее тепло. Пол заварил себе крепкий кофе и с ним вышел в сад. Он никуда не спешил. На работе он вчера еще оформил отпуск, сославшись на то, что у него жена рожает, и вот теперь он был совершенно свободен.

И все-таки мысли путались в голове. Он не знал, что предпринять, как вести себя дальше, что делать. Родители в данной ситуации не советчики, им пока на голову эту ношу он сбрасывать не хотел. Поэтому даже к телефону не подходил, прeдполагая, что это они звонят. Пол решил пойти к юристу и посоветоваться с ним. Частная юридическая консультация была совсем недалеко, и он явился туда сразу после полудня.
Юрист выслушал сбивчивый рассказ своего клиента, но проблему тем не менее уловил. Они пробеседовали довольно долго, и Пол вышел от юриста понурым и неудволетворенным. Оказалось, что такое сложное дело должен разбирать суд, который в принципе изначально будет на стороне матери и ребенка. Конечно, в итоге все зависит от того, насколько хорош у тебя адвокат, но побороться придется.

«А что, если она не возьмет этого ребенка, откажется от него?» – вдруг подумал Пол. И ему вдруг страшно этого захотелось. Почему? Он не смог бы и сам ответить на этот вопрос. Может быть подсознательно он все-таки хотел вернуть Кристину?
Но она вернулась сама. Прошло пять мучительных дней одиночества. Пол уже изнемогал от тяжелых мыслей и решил даже было уехать куда-нибудь. Но на шестой день вдруг раздался звонок, он открыл дверь и увидел, Кристину, которая стояла в дверях с ребенком на руках. Она попросила его расплатиться за такси и, как ни в чем не бывало, вошла в дом. Ребенок, по-видимому, спал, и она отнесла его в спальню.

Спустилась она примерно через полчаса. Пол сразу же попытался покинуть гостиную, когда она туда вошла, но Кристина остановила его.
- Послушай, я хочу с тобой поговорить. Все понятно, ясно, очевидно. Не утруждай себя упреками и обвинениями. Но я в безвыходной ситуации. У меня очень больна мама, и ты это знаешь. Мне надо съездить домой. Помоги мне. Найди ребенку сиделку. Когда я с мамой разберусь, я вернусь, мы разведемся, и я уйду от тебя. Я обещаю.
Пол смотрел на Кристину глазами, полными ужаса. Сначала он подумал, что она бредит, но по ее взгляду и решительному выражению лица понял, что говорит она серьезно, расчитывая на понимание и поддержку.

- Ты что, серьезно? У тебя все в порядке с головой, дорогая? – Пол не нашел ничего лучше этой банальной пошлой фразы.
- Прекрати, тебе не идет выглядеть дураком. Сделай, как я тебя прошу. Осталось же в тебе хоть что-то человеческое.
- Нет, ты знаешь, не осталось. Забирай своего сына и убирайся. Я тебе не нянька, и не член благотворительного общества.
- Ну выгнать ты меня не имеешь права. Я у себя дома. И мой ребенок будет здесь. Сиделку я найду, это не проблема. Я уеду не надолго, от силы на пару недель. Начинай пока развод.
С этими словами Кристина вышла из гостиной, и больше в этот вечер Пол ее не видел. Обессиленный, морально уничтоженный, безвольный и бесправный Пол чувствовал себя, как кусок дерьма и порой ему даже казалось, что от него нехорошо пахнет.

 

Окончание следует

 

Лариса Джейкман
(Англия, Hampshire)

Книги Ларисы Джейкман можно найти здесь

Лана Харрелл. Дорогие читательницы!
Если вы хотите поделиться своими впечатлениями и задать вопросы автору, после публикации этой повести,
то пожалуйста присылайте, Лариса Джейкман с удовольствием на них ответит.

Часть третья. Пол и Кристина
Предыдущая глава повести:
Часть вторая. Стивенсы
Предыдущая глава повести:
Часть первая. Беседины

 

Об авторе и другие произведения Ларисы Джейкман

 

Отзывы и комментарии направляйте на адрес редакции

Опубликовано в женском журнале Russian Woman Journal www.russianwomanjournal.com -  27 Октября 2010

Рубрика:  Романтика и мир женшины

 

Уважаемые Гости Журнала!

Присылайте свои письма, отзывы, вопросы, и пожелания по адресу
 lana@russianwomanjournal.com

church
 Романтика и жизнь
Надежда Смирнова
Родная кровь
...она знала об Англии все - досконально изучила ее климат, особенности...


1000 нужных ссылок | Site map | Legal Disclaimer | Для авторов