logo
Russian Woman Journal
www.russianwomanjournal.com
Романтика и жизнь
8 Октября 2009, Четверг
Марина Прозорова
(США, Мэриленд)

Собаки в моей жизни

Часть2
Предыдущий рассказ этой серии:

Чиж умер первым, я не знаю сколько ему было лет, но думаю, что он дожил до глубокой кошачей старости. Кентик постарел, начал болеть, у него развился рак, он не мог двигаться сам, плакал, т.к. не мог ходить по нужде в квартире, как мы его не уговаривали, обложив газетами. Мужчинам приходилось носить его на руках на улицу, что при размерах Кентика было непросто. Все это было огромным мучением как для собаки, так и для всех членов семьи. На семейном совете было решено усыпить 14-летнего любимца.
Нашему горю не было конца. Все мы рыдали три дня без передышки, и мужчины не стеснялись своих слез. У всех было траурное настроение еще очень и очень долго после того, как Кентика не стало.

ПИФ

Жизнь шла своим чередом, и через какое-то время моя свекровь, поддавшись на обаяние девочки-таксы, принадлежавшей друзьям, взяла ее щенка-сына.
Так в квартире на Калининском проспекте появился ее настоящий хозяин-бандит, жесткошерстная такса с криминальными наклонностями, по имени Пиф.

Пиф был необычайно умен, но если Кентик свой ум использовал с самыми добрыми намерениями и на благо членов семьи, то Пиф был коварен, злопамятен, и с членами семьи вел себя, как инквизитор.
Непонятно по какой причине Пиф очень любил мою маму. Когда она приходила, он заваливался на спину, кривил свою бородатую морду в обворожительной улыбке, извиваясь при этом в запятую и испуская небольшие фонтанчики мочи в воздух, тем самым окончательно убеждая окружающих в том, что приход мамы для него большой праздник.
Пиф считал себя хозяином всего, что было в квартире без исключения и свою собственность охранял с необыкновенной яростью. Если оказывалось, что он лежал на диване, а рядом кто-то забыл телефонный аппарат, Пиф защищал телефон, так как в этот момент телефон был его собственностью, а это значило, что ни под каким видом телефон взять нельзя. Если телефон начинал звонить, то для того, чтобы снять трубку, нужно было Пифа отвлечь чем-нибудь вкусненьким,
причем для этого требовался еще один человек, который бы, показав Пифу кусок, стал бы удаляться в другую комнату. Если помощника не оказывалось, то Пиф своей позиции не покидал, выхватывал у тебя из руки лакомый кусок, поглощал его с неописуемой скоростью, одновременно умудряясь при этом на тебя рычать и скалить зубы, чтобы у тебя не оставалось никаких сомнений в том, что так за дешево Пифа не купить, и что он прекрасно все понимает и видит тебя насквозь.
Поскольку легкомыслие членов семьи обошлось им всем дорого, так как Пиф их всех перекусал, кроме меня /у меня с Пифом были дипломатические взаимоотношения/, то Пиф всегда выходил победителем из подобных конфронтаций.
В результате постоянных склок, которые устраивал Пиф, он с раннего детства выучил все ругательства, возможные в русском языке, которыми его дружно награждали побежденные.

6.

Утверждения некоторых ученых-кинологов, что собаки не понимают слова, а понимают интонацию, в корне ошибочны. Ярчайшим примером этого был
эксперимент, который любил проводить мой муж. Он звонил на Калининский и, если трубку поднимал его брат Леня, спрашивал:
-Пиф с тобой на диване?
Если ответ был положительным, то Алик продолжал:
-Ну ка, дай ему трубку.
Леня подносил трубку к уху собаки и Алик нежным голосом говорил:
-Ну и говно же ты, Пиф!
На это Пиф начинал остервенело рычать, лаять и пытаться перегрызть трубку.
Не смотря на то, что Алик очень любил собак и практически вырос с
Кентиком, с Пифом у него отношения не сложились, они друг друга терпеть не могли. В лучшем случае друг друга не замечали.
Начало этому вероятно положил эпизод, который произошел между нашим трехлетним сыном Кирюшей и Пифом. По большому счету в происшедшем был виноват Кирилл.
Мы были в гостях на Калининском, и Кирилл ползал под столом и сервантом на ножках, играя с Пифом. Вдруг раздался ужасающий детский крик. Я рванулась под стол и вытащила орущего от боли и страха ребенка.
И тут все увидели, что одно ухо у Кирюши краснеет и растет на наших глазах, вставая перпендикулярно к голове и на нем явно проступает собачий укус. Я бросаю взгляд на мужчин и вижу, что у всех троих одновременно побелели губы и в глазах появился, непредвещающий нечего хорошего, огонь н��вероятной ярости.
Папа, дедушка и дядя молниеносно исчезли из комнаты и появились обратно с такой же скоростью, вооруженные до зубов предметами расправы, а именно: ремнями, половыми щетками и зонтиками.
О ребенке все забыли. Моя свекровь и я вскочили каждая со своих мест, преграждая своими телами путь брызгающим слюной от негодования мужчинам, готовым тут же прикончить «эту сволочь».
Мы дружно встаем на защиту Пифа, пытаясь спасти жизнь псу и перекричать бушующих мужчин, объясняя, что собака не виновата, вероятно, Кирилл сделал ей больно, потянул за хвост или что-то в этом роде. Стоял невообразимый гвалт, мужчины выдавали набор всех матерных слов, который им был известен, а поскольку дед и папа были инженерами-строителями, то известно им было немало.
В суматохе Пиф ретировался в самый дальний угол под сервант, откуда его пытались выковырять щеткой мужики, прорвав нашу оборону. Кирилл замолчал и с интересом наблюдал за происходящим. Наконец нам удалось предотвратить кровавую расправу, но пару раз по заднице зонтиком Пиф все же получил.
Наступило перемирие. Прошло, наверное, минут пятнадцать. Каждый занялся своим делом. И вдруг из под серванта мы слышим тонкий детский голосок, и со словами,
-Пиф! Вы меня акусили, я вас тозя акусю!,-
Кирюша самым серьезным образом кусает Пифа за ухо. На всю квартиру раздается истошный вопль собаки, которая пулей выскакивает из под серванта и улепетывает в другую комнату.
Я вытаскиваю своего сына на свет божий и начинаю вынимать у него изо рта бешеное количество собачьих волос. Мы обалдеваем от мужества и так рано проявившегося чувства справедливости у трехлетнего ребенка.

7.

Компания развеселилась. Мужскую часть семьи стала распирать гордость от бойцовских качеств Кирюши, с таким блеском исполнившего акт отмщения по схеме «око за око», только в данном случае это было «ухо за ухо».
Подлость Пифа в полной мере раскрывалась тогда, когда он с очень мирным видом отправлялся под стол с лакомым куском или морковкой во рту, припасенными специально для такого случая, и выплевывал это в сантиметрах пяти от ног какого-нибудь гостя. Он ложился рядом и внимательно следил за движениями ног ничего не подозревающей жертвы. Гость, конечно, не сидел неподвижно и, в какой-то момент, менял положение ног. Вот тут-то и наступал Пифин триумф, так как теперь у него было законное основание тяпнуть несчастного за ногу, якобы покусившуюся на его еду.
Раздавался вопль очередной жертвы, в ход пускались предметы домашнего обихода. Если деду Вове и Ленику везло, то им удавалось запереть «сволочь» в спальне или, еще того лучше, в спальне в стенном шкафу, так как при этом Пиф, не умолкая ни на минуту, лаял весьма противным, звонким голосом, отработанным в этой породе для того, чтобы звать охотника.
В данном, конкретном случае охотником был сам пёс. Наказанный за мерзость характера и запертый в стенном шкафу, он мог лаять часами до хрипоты, и поэтому мы в принципе не знали, что лучше, чтобы он кусал всех подряд или запирать его перед приходом гостей. Все равно, покоя не было, от его лая в ушах стоял гул, да в таком шуме общаться было практически невозможно.
Террорист-Пиф имел также мерзопакостную привычку, от которой его не возможно было отучить. С ним можно было гулять до посинения час или два, но по возвращении домой, как только его спускали с поводка и в тот момент, когда гулявший с ним Леник снимал ботинки и одевал тапочки, Пиф вбегал на кухню, находившуюся напротив прихожей и самым, что ни есть, наглым образом, смотря ему прямо в глаза, задирал ногу на ножку кухонного стола и наливал огромную лужу.
Спал Пиф с Ириной Абрамовной. Если случалось так, что мы оставались ночевать и мне нужно было ночью воспользоваться туалетом, Пиф реагировал на мое появление в коридоре кромким лаем. Я пробовала разные варианты, но шла ли я, как хозяйка, не прячась, или кралась, как заправский домушник, результат был всегда один-яростный лай психованной таксы, которая меня знала со своего раннего детства.
Несмотря на мерзкий характер псины, его, если не любили так, как Кентика, то, по крайне мере, терпели, отдавая должное его уму и твердости характера.
Моя свекровь даже кичилась своей привязанностью к Пифу, и если кто-то из нас начинал настаивать на том, что от пса надо избавляться, так как он загадил всю квартиру, в которой просто стояла откровенная вонь, она заявляла безаппеляционным тоном:
- Я хозяйка в этом доме! Это моя собака! Я своих друзей не предаю!
На этом все увещевания заканчивались.
Пиф прожил 12 лет и умер собственной смертью, от последствий ожирения. Он был очень толст и в последние несколько лет своей жизни выглядел не как такса, а как большая сарделька на маленьких кривых ножках, кроме того он воровал из пепельниц окурки, его можно было видеть с недоеденным окурком, прилипшим к бороде, гордо вышагивающим по коридору.

8.

Когда маленького Кирюшу спрашивали, какая это порода, так как по внешнему виду собаки догадаться было довольно трудно, он отвечал: «шишкошерстная такса».
На первый взгляд может показаться, что Пиф не подходит под тот эпиграф, который я поставила перед рассказом. Но, если играли по его правилам, жизнь была мирной и без кровопролития. Мне же, в течение моей жизни, приходилось встречать людей, которых с трудом можно было назвать людьми, а тем более сравнивать с животными. Скорее к их характеристике подходит слово «монстры». Да и потом, в каждом виде животных встречаются разные характеры плюс бывают исключения. Пиф, скорее всего, и был таким «исключительным» псом.

МОЯ ДОЧЬ – ДВОРНЯГА «САНДИ»

Прошло много лет. Мы продолжали жить на Петровке в коммуналке. Количество соседей уменьшилось, но качество от этого не стало лучше, так как семья дяди Саши разрослась и стала занимать освобождавшиеся комнаты.
Наш взрослый сын, уже студент, проживал за шкафом, отделявшим его диван, от остального пространства 27-ми метровой комнаты.
Это было осенью, в сентябре. В Москве стояло чудесное бабье лето, и в одно из воскресений Кирюша поехал со своими друзьями под Москву на шашлыки. Вечером этого дня он появился в дверях и прямо с порога, не войдя в комнату, поставив свою сумку на пол, заявил нервным голосом:
- Предки! Надеюсь на вашу гуманность!
С этими словами он достал из сумки махонького щенка, по коричневой окраске и длине шерсти, похожего на игрушечного пушистого медвежонка. Мы обомлели...Дело было в том, что в квартире у соседей уже была собака. У нас, правда, тогда строилась кооперативная квартира, в которую мы должны были переехать на следующий год, летом.
В моей голове сразу промелькнула мысль о том, как избежать скандала с соседями и решить эту проблему мирным путем. О чем я сразу и высказалась. Мои мальчики заявили, что они надеются на мои дипломатические способности и верят, что все обойдется без кровопролития. В последствие их надежды оправдались.

Тут Кирюша, с волнением в голосе, стал рассказывать нам, как нашелся щенок.
Ребята жарили шашлыки в Химкинском лесу, и вдруг они услышали крик. Сначала решили, что это раненная птица, и стали искать, поднимая лапы окружавших поляну елок. Каково же было их удивление, когда под очередной елкой они обнаружили щенка. Видимо его кто-то выбросил, так как судя по тому, что у него были еще закрыты глаза, несчастному было не больше двух-трех дней отроду.
Я смотрела на своего сына и думала о том, что все, участвовавшие в пикнике, мальчики жили в отдельных квартирах и не имели домашних животных, и только Кирюша взял щенка. А в это время, он рассказывал нам, как они пытались кормить щенка шашлыком. Алик тут же спросил, сколько они выпили, так как кормить новорожденного щенка шашлыком могли либо очень пьяные, либо полные идиоты.

 

Продолжение следует

 

Марина Прозорова
(США, Мэриленд)

Предыдущий рассказ этой серии:

 

Об авторе и другие произведения Марины Прозоровой

 

Отзывы и комментарии направляйте на адрес редакции

Опубликовано в женском журнале Russian Woman Journal www.russianwomanjournal.com - 8 Октября 2009

Рубрика:  Романтика и мир женшины

 

Уважаемые Гости Журнала!

Присылайте свои письма, отзывы, вопросы, и пожелания по адресу
 lana@russianwomanjournal.com

Versace
 Романтика и мир женшины 
Лариса Джейкман
Костюм от Версаче
Глава3
...рассказала все с самого начала, показала костюм, визитку, факсы и...


1000 нужных ссылок | Site map | Legal Disclaimer | Для авторов

Russian Woman Journal is owned and operated by The Legal Firm Ltd.  Company registration number 5324609